Исследование: цифровая экономика.
- 11.03.18 г.
- 9772225665000 18011


>> Цифровая экономика выражает определенное производное капиталистического способа производства, способствующее интенсификации и развитию производительной деятельности общества, а в целом – появлению новой хозяйственной реальности, поэтому цифровая экономика концептуально важна еще и в смысле неизбежности появления нового вида хозяйствования.


Обозначенные на сайте различения а) политической экономии 
и экономической науки и б) экономики поставили вопрос об оценке феномена цифровой экономики (далее – ЦЭ).
    В  Современной политической экономии исследование ЦЭ направлено в первую очередь на изучение ее существа, понимание ее как таковой, а не ее обычно описываемых проявлений (причем при наличии многочисленных описаний нет определения сути ЦЭ). Что она есть такое? Это – понимание сути ЦЭ и ее определение – является предельно важным вопросом для исследования не только ее самой, но и даже общества в целом, что обозначает проблему и составляет предмет нашего соответствующего политэкономического  исследования.
    Это исследование базируется на диалектике, точнее – основывается на нашем развитии труда Гегеля «Феноменология духа» – на уже обозначенном на сайте феноменологии-духа продолжении, на основе которого нами были получены новые представления об экономическом, методы исследования феноменов экономической сферы и др.

ЦЭ (или электронная экономика) обычно понимается как экономическая деятельность, которая основывается на информационных технологиях, правда, которые часто сужаются до обработки данных, представленных в электронном (цифровом) виде. При этом акцентируются логичные в смысле такого определения виды деятельности, например, электронная торговля, электронные страховые услуги и т. п.
     Однако в смысле этого общеизвестного понимания ЦЭ в первую очередь необходимо определиться с самой экономикой, но ее определение не может быть дано в материалистичной экономической науке (см. «Невозможность научного определения экономики - 1» и далее), а без этого говорить о каком-либо ее виде (форме) просто невозможно, и именно поэтому ЦЭ не может пониматься корректно и однозначно.
    Поэтому ЦЭ в настоящее время целесообразно понимать как «хозяйственную деятельность, в которой ключевым фактором производства являются данные в цифровом виде, обработка больших объемов и использование результатов анализа которых по сравнению с традиционными формами хозяйствования позволяют существенно повысить эффективность различных видов производства, технологий, оборудования, хранения, продажи, доставки товаров и услуг» [Указ Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017 – 2030 годы»]. В таком понимании ЦЭ логичны обычно обозначаемые для нее виды деятельности, а также такие, как электронные деньги, компьютеризация государственных услуг и т. п., но, главное, так как хозяйствование может и не быть экономическим, то совершенно необязательно не только разъяснение термина «экономика», но и его использование: ЦЭ может даже и не считаться экономикой. Более того, даже становятся актуальными глобальные задачи, например отраженное в Указе создание условий для формирования в Российской Федерации общества знаний.
    Но и «хозяйственная деятельность» не является строго определенным термином, даже с учетом определения «данные в цифровом виде».
    Однако главное то, что  в любом случае возникает вопрос о том, а является ли ЦЭ феноменом, в отношении которого данные в цифровом виде и даже компьютинг в целом (программирование, Интернет…) и все из этого следующее и на основе этого осуществляемое определяет качество ЦЭ, ее качественное различение, некую фундаментальную особенность? – ибо в данных в цифровом виде и даже в компьютинге в целом нет ничего особенного, чтобы в связи с ними качественно выделять некую отдельную хозяйственную деятельность (другое дело, что не все даже в научном сообществе владеют программированием), – они выступают всего лишь средством, правда, более эффективным, чем, например, блокноты и калькуляторы.
    В смысле сказанного, в Современной политической экономии установлено, что,
 во-первых, данные в цифровом виде и даже компьютинг в целом – не просто некое средство, а по сути средство производства, согласно политической экономии, с помощью которого и в условиях которого (т. е. средства труда в широком смысле, например, производственные здания, почтовое сообщение….) изготовляется определенная продукция и/или создаются условия для производства (в т. ч. специфические средства труда, технологии, знания и т. д.),
 во-вторых, имеется в виду не просто средство производства, понимаемое в традиционном смысле, а общественное средство производства (новодиалектическое политэкономическое понятие), качественно характеризующееся тем, что оно общедоступно, может задействоваться всем обществом и даже развиваться им,
 в-третьих, это средство производства не только известным образом обеспечивает хозяйственную деятельность, но и находится в единстве с человеческой деятельностью, с современными определенными отношениями людей по производству – с определенными капиталистическими производственными отношениями.
    Тогда ЦЭ выражает определенный капиталистический способ производства, правда, не охватывающий всю хозяйственную деятельность, поэтому только определенное производное капиталистического способа производства, возникшее в конце XX в. и все более активно реализующееся в хозяйственной деятельности. Это – основной вывод нашего исследования. Он также обусловил следующие выводы и результаты: обозначенное определенное производное капиталистического способа производства в том числе
 а) является орудием создания как знаний (это органично согласуется с представлением об обществе знаний), так и производительных знаний, т. е. понимаемых в смысле Современной политической экономии (а не знания как достоверная система представлений и понятий, основанная на проверенных практикой объективных результатах познания действительности, осмысленных человеком),
 б) является средой реализации знаний и иных возможностей, в т. ч. производительных знаний и определяемых ими новых экономических технологий, задействующих стоимостные феномены, также понимаемых в смысле Современной политической экономии,
 в) опосредует (обеспечивает) хозяйственную деятельность общества, в т. ч. за счет знаний и инноваций,
 г) своим развитием влияет на ее изменение, что теперь осмысляется в Современной политической экономии не только в силу эмпирической данности, давшей основания для идентификации ЦЭ, но уже и в диалектическом ракурсе – с учетом новодиалектического понятия общественного средства производства, поэтому
 д) является предвестником и даже одной из основ неизбежного изменения хозяйственной деятельности общества, которое теоретически предсказуемо и более того согласуется с определенной в Современной политической экономии третьей экономической максимой (после максим, следующих из исследований Ж.–Б. Сея и Дж.М. Кейнса).
    Исследование ЦЭ важно и для гносеологии, ибо оно в т. ч.
– акцентирует усугубление негатива отсутствия определения экономики в экономической науке, что возвращает к возобновлению исследований по его поводу, в том числе в целях исключения негативов экономической науки,
– дает понимание нового понятия – общественное средство производство, и возможность применения его уже не только в отношении компьютинга (в т. ч. в рамках ЦЭ),
– определяет новые методы исследований.

Таким образом, цифровая экономика выражает определенное производное капиталистического способа производства, способствующее интенсификации и развитию производительной деятельности общества, а в целом – появлению новой хозяйственной реальности, поэтому цифровая экономика концептуально важна еще и в смысле неизбежности появления нового вида хозяйствования.
    А грядущую экономику можно понимать как экономику производительных знаний.


См. «Различие политэкономии в смысле экономики».