Науки, или обычные науки.
- 09.03.09 г. (Редакции: 18.12.07 г., 11.05.08 г., 09.03.09 г.)


> На сайте термином «науки», если не оговорено иное, обозначаются, в основном, общественные науки, в которых
все более и более развиваются негативы.


Наука обычно понимается как система определенных знаний о некоторой области познания.
    Наука – сфера человеческой деятельности, функцией которой является выработка и теоретическая систематизация объективных знаний о действительности. Наука включает как деятельность по получению знания, так и ее результат – совокупность знаний, лежащих в основе научной картины мира.
    Предметно-объективный характер научного исследования ус­та­нав­ли­ва­ет в качестве основного методологического принципа ценностную нейтральность науки, которая до сих пор считается ее основным достоинством, поскольку, как считается, позволяет организовать непрерывное функционирование канала поставки объективного знания о мире, что придает науке особый статус. Обществу импонирует критицизм научного метода, способность подвергать скрупулезному анализу факты и уже существующие знания, а также доказательность, опирающаяся на цифры и факты, что, кстати, прямо контрастирует с установками средневековой науки, апеллирующей к Откровению.

Науки изучают мир по частям, каждая из них исследует какую-то отдельную область окружающей реальности. 
    Каждая наука начинает процесс своего познания с непосредственного восприятия тех реальных предметов, которые ее составляют. Исследуя данные предметы, она вырабатывает соответствующий круг понятий и определений, посредством которых делает данную область мира достоянием нашего мышления.
    Науки зачастую занимаются абстракциями, причем путаясь в них: так, например, физикам следовало хотя бы а) разрешить вопрос о противоречии основоположения электродинамики (ускоренный заряд излучает) и Первого постулата Н. Бора и б) понять причину актуализации специальной теории относительности Эйнштейна, а уж потом вклиниваться в мир…

Гегель в Предисловии к первому изданию Малой логики указал, что науками еще в начале XIX в., наперекор познавательным достижениям, овладел внешний порядок мышления, и оно стало исходить из наперед заданной схемы, заменило необходимое развитие понятия случайными и произвольными связями. Так мышление стало рационализированным и в нем стали преобладать «дошедшие до безумия выверты». «Под маской серьезности в этой форме скрывались самообман и обман публики… поверхностность, скудость мысли сама себя назвала благоразумным скептицизмом и критицизмом» [1. Т. 1. С. 4]. Рассудочное просвещение стало формальным, абстрактным, бессодержательным.

Но, все же, следует разделять науки и ученых; при этом, в первую очередь, следует понимать, что если ранее ученые и исследователи создавали науки, то теперь та среда, которая существует как науки, довлеет над учеными, лишая их свободы и корежа духовность многих из них.

1.
Науки – результат человеческой деятельности, в первую очередь, рассудочного познания, поэтому они субъективны, относительны и меняются с развитием человечества.
    Науки ограничены экспериментом, им не подвластна сверхчувственная достоверность, которая зачастую просто отрицается. Поэтому научное познание надежно заключается в сферу чувственной достоверности и всегда будет ограничено.
    Науки соответственны знаниям, но не знаниям.
    Так 1) современная физика не знает, что такое (электрический) заряд, гравитация, сила, 2) в философских науках искажены базовые понятия (напр., рефлексия, отрицание отрицания), 3) в экономической теории – засилье экономикса…
    С другой стороны, интересный факт. Хотя науки загнаны в тупики (напр., для физики – СТО Эйнштейна, для математики – дифференциалы Лейбница, для философских наук – «законы» философии…), научное сообщество не осуществляет действий для выхода из очевидных ограничений, из русел тупикового, неправильного развития.

Научное (и вообще материалистическое) познание замкнуто на органы чувств, ощущения (от) которых лишь в количественном смысле уточняются совершенствуемой аппаратурой, поэтому замкнуто на ограниченное воспринимание мира, понимание которого, таким образом, получить нельзя…
    Но это, только одно из немногих критических утверждений, входящих в гносеологическую их группу одного из отделов всеобщей гносеологии Новейшей философии, хотя оно вряд ли будет принято современным самоамбициозным научным миром. 
    Утверждения других групп, например касающиеся фетишизации общества науками (их «достижениями», не говоря уже о разработке новых средств массовых убийств людей), еще менее приемлемы научному миру...

В силу ограничения познания наук в них развиваются для них внутренние отрицания, которые будут становиться все более существенными.
    Но внутренние отрицания наук существенны не только в смысле ограничение и искажения познания.
    Во-первых, науки определяют относительное позиционирование людей и групп людей (вплоть до обществ). Еще Маркс критиковал позицию буржуазного идеализма, утверждающего преимущество господ перед массами на основе наличия образования у первых. Но с развитием капитализма все больше подтверждается то, что образование могут получить только обеспеченные люди.
    Во-вторых, науки используются для осуществления развития, говорится, для научного подхода к пониманию и осуществлению развития общества. Но, как показывает История, именно в Новое время человечество стало изничтожать природу и отходить от духовного. Сейчас проблемы экологии и социума (наркомания, терроризм…) все более обнажают проблемы наук.
    В-третьих, современные науки служат техническому прогрессу, но все больше ведут к ... фетишизму, отгораживают людей от духовного. 

Кстати, Гегель определил просвещение как здравомыслие, но обращенное против веры, как против чуждого [1. Т. 4. С. 262].
    Можно указать мнения о науках еще ряда небезизвестных людей.
    Гете критиковал науку Нового времени, как дегуманизированную, отчужденную сферу. Он опасался перспективы потери человечеством связи с природой, утраты целостного взгляда на вещи и явления и призывал к науке созерцательной, всецело ориентированной на человека, использующей лишь качественные методы исследования, отказавшись от ориентации исключительно на накопление количественных знаний [2]
    Позже М. Вебер определил, что «эмпирическая наука не способна научить человека, что следует делать, а только может указать, что он в состоянии сделать и, в некоторых условиях, что он в действительности желает сделать» [3]
    А во второй половине ХХ в. вообще разразился общий кризис научного знания, который привел к тому, что наука стала мишенью острой социальной критики [4]. Многие критики науки подчеркивали ее принципиально частичный, дегуманизированный характер, не позволяющий ей всесторонне учитывать в своих результатах и построениях деятельность человека. П. Фейерабенд даже предложил концепцию науки как одной из разновидностей… идеологии [5], которая весьма серьезно подтверждается исторической практикой (напр., диалектический материализм имел в своей основе принцип… партийности).

 И подтверждается одно из глобальных вневременных противоречий, в том числе выражающееся в явлении знаний – не-знаний: суррогата знаний и иллюзии знаний, зачастую выдаваемых вместо даже знаний.
    И прав был Гегель, сделав вывод о том, что свою высшую форму познания дух получил в начале
XIX в.; а сейчас образование и познание регрессируют
    И только на фоне падения образования может переписываться история, что уже имеет место в некоторых странах…

Дополнение.
Науки могут что-либо идентифицировать лишь в определенных границах, т.е., образно говоря, не полностью, частично узнавать, но - это не познать, не знать нечто, это значит лишь указать на наличие чего-то идентифицируемого в том смысле, что оно этим «идентифицированным» отличается от любого другого. Чем больше «идентификация», тем больше отличий, тем точнее указание на нечто, но это далеко не знания о нем! Тогда, получается, что науки могут лишь обозначать что-то:  
чуть полнее, точнее или наоборот, но науки не могут познавать: они могут лишь указывать на что либо. (Впрочем, после Гегеля об этом еще и Вебер писал.)
   
Более того, во многих случаях происходит обсуждение придуманного науками, но не реального.
   
При этом науки и указанных «границ» не могут ни видеть, ни понять, иначе они должны были бы знать нечто «заграничное» по отношению к границе, чтобы идентифицировать ее саму «с другой стороны».
   
В частности, бытие, диалектика, сознание, субъект, противоречие, мышление и многое другое наукам так и не известны, и у наук нет инструментов познания их.

Добавление: об общей ситуации в сфере образования, об учебниках, системе квалификации и некотором другом:
- http://community.livejournal.com/ru_philosophy/773772.html#cutid1,
- http://community.livejournal.com/ru_philosophy/774231.html ...

2.
Но для нас существенными и разъяснительными являются следующие мнения.

    Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал так. «Науки – плод нашего падения, – произведение поврежденного падшего разума. Ученость – приобретение и хранение впечатлений и познаний, накопленных человеками во время падшего мира. Ученость – светильник ветхого человека, светильник, которым «мрак тьмы во веке блюдется». Искупитель возвратил человекам тот Светильник, который дарован им был при создании Создателем, которого лишились они при грехопадении своем. Этот светильник – Дух Святой, Он Дух Истины, наставляет всякой истине, испытывает глубины Божии, открывает и изъясняет тайны, дарует и вещественные познания, когда они нужны для духовной пользы человека. Ученому, желающему научиться духовной мудрости, завещает апостол: «Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым» [1 Кор. 3, 18]. Точно! Ученость не есть собственно мудрость, в которой только мнение мудрости. Познание Истины, которая открыта человекам Господом, к которой доступ – только верой, которая неприступна для падшего разума человеческого, - заменяется в учености гаданиями, предположениями» [6].
    Насчет гаданий и предположений, облекаемых в формы теорий и научных поисков – это точно. И замена веры материализмом и атеизмом все более очевидна. Каждому остается выбрать для себя путь познания и понимания того, что познается: вера или науки. Но мир избрал науки, возвысил их, начиная с рациональности еще со времен Декарта. Вот когда начался отход от веры или, что то же самое, признание самостоятельности, полезности и величия человеческого разума – наук. И как пропагандируется их достоинство, самодостаточность и самостоятельность! Такова некоторая политика.

Вот что пишет Святитель Феофан Затворник. «Наука не самостоятельная госпожа. В моду вошло выставлять науку как царственную особу. Особа эта – мечта. Ни одной у нас науки нет, которая установилась бы прочно в своих началах. Кое-что добыто по всем наукам. Но все это не таково, чтоб давать право ссылаться на науку, как на авторитет решающий. Науки нет, а есть научники, которые вертят наукою как хотят. Есть, следовательно, только догадки и наведения научников» [7].
   Нельзя не согласиться: например, физика до сих пор не имеет представления о собственных базовых положениях (заряд, сила…). Если говорить о поисках и развитии наук, то тогда «Ни одной у нас науки нет, которая установилась бы прочно в своих началах». А насчет научников, которые вертят наукою как хотят, то примеров этого слишком много; одна СТО Эйнштейна чего стоит! 
    И сказано было: «Никто не обольщая самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их. И еще: Господь знает умствования мудрецов, что они суетны» [1 Кор. 3, 18-20].

Насчет роли наук приведем слова русского духовного мыслителя К.Н. Леонтьева: «Мирные изобретения (телефоны, жел. дороги и т.д.) в 1000 раз вреднее изобретений боевой техники. Последние убивают много отдельных людей, первые убивают шаг за шагом всю живую органическую жизнь на земле, поэзию, религию, обособление государства и быта…» [8]. 
    Иными словами, как сказал преп. Амвросий Оптинский: «Прогресс или улучшение есть только во внешних человеческих делах, в удобствах жизни» [9].

И так как науки пренебрегают духовным, главным смыслом знаний, они никогда не получат к ним доступ, хотя, быть может, науки преднамеренно отходят от поиска духовного, так как, открыв его обществу, бояться потерять свою значимость, а также возможность тщеславиться и зарабатывать…
    Так науки отказываются от знания, очерствевают, развивают не-знания, служат фетишизации общества...

3.
Но мы думаем, что, по крайней мере, одной, отдельно взятой стране нужны неискаженные науки и реальное образование, как для технического прогресса, так и для осознания текущей ситуации и понимания развития.


Примечание
: собственные науки диалектической философииреальные науки и диалектические науки, во-первых, нацелены на обретение духовного познания, их источником является «Феноменология духа» Гегеля, поэтому познание о мире понимают лишь как низшую свою ступень. Во-вторых, науки диалектической философии имеют дело с качественным познанием, а не с познанием количественного (о чем много писал Гегель). 
    В
Новейшей философии ее науки, как предметные области познания, подразделяются на естественные, технические, общественные и о человеке. 
    О Боге, Логике, Мире, духе, природе, понятии и бытии рассуждает диалектическая философия.



Дополнение.
Критическое мнение о состоянии российских наук и образовании высказал Министр образования и науки РФ  Д.В.Ливанов во время Санкт-Петербургского международного экономического форума 2012 г.: см. «Т: мнение Д.В.Ливанова об образовании...».


ЛИТЕРАТУРА
:
1.
Гегель Г.В.Ф. Соч. – М.-Л.
2. Гейзенберг В. Картина природы у Гете и научно-технический мир // Шаги за горизонт. - M., 1987. - С. 306–323.
3. Вебер М. «Объективность» социально-научного и социально-политического познания. // Избр. произвед. - М., 1990. - С. 350.
4. Кара-Мурза С.Г. Наука и кризис цивилизации // Вопросы философии. - 1990. № 9.
5. Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. - М., 1986.
6. Сочинения Еп. Игнатия (Брянчанинова). 3-е изд. - СПб., 1905. - Т. 4. С. 511.
7. Собрание писем Святителя Феофана. Вып. 2. - М. 1898. - С. 112.
8. «Наш современник». - 1991. № 12. - С. 169.
9. Собрание писем блаженные памяти оптинского старца иеросхимонаха Амвросия к мирским особам. - Сергиев Посад., 1908. - Ч. 1. С. 97.

См. «Критичность научной терминологии»,
«Непригодные принципы», «Логические тупики обычного познания»,
«Необходимость новой логики»,
«Концептуальные уровни познания»,
а также «Новейшей философии назначения», «Эзотерика (и эзотерическое)»,
«Новейшая философия и неизбежная новая система познания».

Интересные ссылки:
http://hse.ru/news/1163623/6198293.html 

http://community.livejournal.com/philosophiya/134434.html?thread=984610#t984610